На главную

Антагонистические классы

Антагонистические классы возникают лишь вместе с возникновением крупной частной собственности на землю (на скот в кочевых скотоводческих обществах). Что же касается эксплуатации, т. е. отчуждения и присвоения эксплуататорами прибавочного труда непосредственных производителей в его натуральной или овеществленной форме, то она в Китае XIV VII вв. до н. э. была связана не с отсутствовавшей там в то время частной собственностью на землю, а только с наличием государства, и осуществлялась главным образом посредством присвоения представителями знати части налоговых средств, которые отчуждались государственной властью у общинников в виде урожая с "общественных "полей", обрабатывавшихся последними специально для нужд государства. Кстати, аналогичное положение -имело место в пред классовых государствах майя и инков в доколумбовой Америке, а также в ряде пред классовых государств Тропической Африки в средние века и в навое время.

Поскольку в Китае XIV VII вв. до н. э. важным элементом общественной структуры являлись большесемейные общины, патронимические организации и другие остатки родового строя, можно с полным основанием предположить, что там определенное распространение имела также патриархальная эксплуатация, т. е. отчуждение и присвоение старейшинами родов и большесемейных общин прибавочного труда и прибавочного продукта рядовых членов родов и общин только по праву освященной традициями патриархальной власти первых над последними.

Что же касается рабов, то они были очень малочисленны и либо, как правило, использовались в сфере личного и домашнего обслуживания представителей знати и, следовательно, содержались за счет прибавочного труда юридически свободных общинников, либо подвергались патриархальной эксплуатации как неполноправные члены родов и общин. Таким образом, наличие государства, налоговой и патриархальной эксплуатации, а также патриархального рабства и деление общества на привилегированное сословие и массу рядовых общинников все это еще отнюдь не свидетельствует о том, что данное общество является классово-антагонистическим.

Нельзя не отметить также, что появление в Китае государства, связанной с ним налоговой эксплуатации и деления общества на привилегированное сословие и массу рядовых общинников до возникновения крупной частной собственности на землю и до превращения общества в классово-антагонистическое вовсе не делает его исключением из общего правила.

Совершенно ясно, что переход от одной основной стадии общественной эволюции, от одной общественно-экономической формации к другой не совершается в один присест даже в рамках одной страны, он всегда охватывает какой-то переходный, промежуточный Период. Иначе говоря, между основными стадиями общественной эволюции (формациями) располагаются определенные промежуточные (переходные) стадии, для которых характерно наличие остатков отживающей и элементов нарождающейся формации и которые в общем соответствуют промежуточным ступеням развития производительных сил. Именно такой промежуточной, переходной от первобытнообщинной к первой классовой формации стадией общественной эволюции и был для Китая период XIV VII и даже отчасти VI V вв. до н. э.
Читать статью

Сын Сунь Ятсена

Сын Сунь Ятсена не унаследовал от своего отца приверженность идее единого фронта. Политическое лицо Сунь Фо определяли его связи с компрадорскими кругами, с Гонконгом, его обласкали "жирные коты", ворочавшие гигантскими состояниями.

Крупные дельцы содействовали возвышению Сунь Фо, который, будучи членом гуандунского правительства, возглавил, по существу, блок правых в ЦИК Гоминьдана. Сунь Ятсен не раз требовал суда над своим сыном за казнокрадство, но дело прекращали из-за уважения к отцу.

Правое крыло не отличалось однородностью, здесь помимо сторонников Сунь Фо отстаивали свои позиции хозяева дельты реки Чжуцзян (Жемчужной) их интересы защищал главарь полубандитских формирований Ли Фулинь. За спиной милитаристской клики Ли Фулиня стояли чиновники-бюрократы, землевладельцы-феодалы, все, кто потянулся за "Суньятсеновским обществом".

Одна из причин обострения обстановки укрепление новой власти в Гуандуне, за чем последовало введение упорядоченного сбора налогов. Нередко НРА стремилась уравнять себя в правах на землю с представителями дореволюционной феодально-помещичьей и чиновнической бюрократии. Милитаристы, вступавшие со своими войсками в какую-либо провинцию, считали, что приобретают право на лакомые куски.

Крестьянин, ремесленник, мелкий торговец испытывали на себе двойной гнет: помещиков и милитаристов, ведь и те и другие порой умудрялись собрать налоги с населения за 10 лет вперед. Не отставали от них и генералы НРА. Когда правительство поставило под сомнение существующую систему сбора налогов, стало обдумывать меры по ее перестройке, разразилась политическая буря. Милитаристы, помещики, полиция (минтуань), различные акционерные компании не могли примириться с такого рода нововведениями.

Любое покушение на их "право" безраздельного грабежа крестьянина они рассматривали как удар по священным для помещичьей бюрократии привилегиям. Обстановка в Гуанчжоу обострялась. В тот день, когда принималось решение о мятеже, коммунист Ли Чжилун, исполнявший обязанности командующего гоминьдановским флотом, получил от имени Чан Кайши приказ: крейсерам "Чжуншань" и "Баоби" встать для инспекции в док Вампу.

Чан Кайши видел в Ли Чжилуне одного из достойных противников: это он, Ли, еще год назад осудил "Суньятсеновское общество" за антидемократическую деятельность, направленную на подрыв единого фронта. По телефону Ли получает новое указание: крейсеру "Чжуншань" быть готовым для инспекции. Ли Чжилун, не теряя времени, погрузил на крейсер отборную часть и позвонил Чан Кайши: крейсер готов.

Впоследствии Чан Кайши, оправдываясь, ссылался на этот телефонный разговор: когда Ли сказал "крейсер готов", он-де воспринял это как подтверждение опасений относительно попыток похитить его. Свои прежние приказы по поводу "Чжуншань" Чан, конечно, отрицал. Ли Чжилун был ранен в стычке и арестован. Под арестом оказались десятки коммунистов в самом городе. Войска мятежников окружили плотным кольцом место пребывания советских людей, охрана была обезоружена.
Первоисточник